Открыт мемориал первому президенту России

Последний покойник у нас всегда самый почитаемый. Оказывается, что человек, захвативший власть переворотом, расстрелявший парламент с лидером, которого сам он «протащил» за собой на том же собрании Верховного совета, где был избран сам буквально через 10 минут после «коронации» — это точка отсчета демократического общества.

Пьяный клоун, пытающийся дирижировать военным оркестром в Германии и не сумевший «после вчерашнего» выйти из самолета навстречу ожидающему его премьер-министру Исландии. Человек, разваливший Союз из-за стремления быть первым человеком в России, а не вторым в Союзе, и начавший кровавую резню с теми, кто взял с него пример. То, что война эта была нужна совсем другим людям и интересы у них были вполне экономические — на совести этих других людей, а не только (и не столько!) лидера. Но публичное нарушение данного слово (на секундочку — первое лицо государства!) дело совсем другое. Если с него и началась демократия, то исключительно из-за раздолбайства верховного руководства. Только это вседозволенность, а не свобода.

Конечно, по сложившейся традиции «или хорошо или ничего» все сторонники превозносят светлый лик первого «царя-батюшки», а противники притихли (демонстративное неуважение коммунистов не в счет). По отношению к человеку это, наверное, правильно. Но — историю у нас постоянно правят тоже из-за уважения к «теням ушедших»?

Все-таки «мутные 90-е» были не фоном, а следствием деятельности первого президента. Не будем лишний раз упоминать его имя из уважения к человеку, который ушел. Каким хорошим человеком он был, пусть скажут те, кто его знал лично. А вот каким он был руководителем, мы судить можем… ладно, «или ничего».

«Международный» Женский День

Праздник весны, говорите вы? Японский День девочки, узбекский День матери, еврейский Пурим? Ага, щаз… Это день рождения феминизма, не больше и не меньше…

Читать далее «Международный» Женский День

«День полузащитника…»

Все-таки аллергия у меня на все эти стыдливо переименованные советские праздники. 23 февраля 1918 года был подписан декрет о создании Рабоче-крестьянской Красной Армии (РККА). Но в стране «с непредсказуемым прошлым», как довольно метко назвал Россию Михаил Задорнов, праздники советсткой эпохи стали «стыдными». Отменить их не посмели — очень уж сильно противодействие тех, кто жил и праздновал по-советски. Оставить в истории тоже не захотели — советская власть с самого начала не чуралась подтасовки фактов, а то и откровенной лжи в пропагандистских целях, поэтому «лишее» уже привычно выбрасывается, это уже в крови. В результате мы получили до смешного невнятный «День защитника Отечества», который и к Армии-то уже потерял отношение. Как «День примирения и согласия» — совершенно никакой…

В День защитника Отечества принято поздравлять не только военных, но и всех окружающих нас мужчин, независимо от возраста. Именно они наша опора и защита во всех жизненных ситуациях. Этот праздник стал чем-то вроде «мужского дня 8 марта».

С 8 марта мы еще разберемся, но и 23 февраля, как оказалось, исторически все было не совсем так… более того — совсем не так. Дню Советской Армии не повезло с самого начала. Знаменательный декрет был подписан 15 (28) февраля, позднее День Армии совместили с агитационным «Днем Красного Подарка», который должен был проводиться с целью сбора материальных и денежных средств для Красной Армии.

«…Кстати сказать, приурочивание празднества годовщины РККА к 23 февраля носит довольно случайный и трудно объяснимый характер и не совпадает с историческими датами».

Нарком Обороны и первый маршал Климент Ворошилов

23 ферваля 1918 года не было решительно ничего из того, из-за чего потом этот праздник задним числом «назначили».

Впоследствии был сочинен миф о «победе», якобы одержанной в этот день над немцами «под Псковом и Нарвой» (на самом деле Псков был занят небольшим отрядом немцев 24 февраля почти без сопротивления, а к Нарве немцы подошли 3 марта и заняли ее на следующее утро после нескольких часов перестрелки с отрядами Дыбенко и ночного бегства последних, при чем за бегство из-под Нарвы Дыбенко был снят с поста наркома, исключен из партии и отдан под трибунал).

«Красная звезда», 26.02.1989.

Однако было другое…

23 февраля 1918 года в 2 часа ночи революционные матросы Черноморского флота начали акцию по уничтожению офицеров, контрреволюционных агитаторов, спекулянтов и прочих буржуев города Севастополя.

Что мы и отмечаем вот уже 80 лет.
С праздником!

«День 7 ноября, красный день календаря…»

Праздник упразднен. Забавно все-таки видеть, как балансируют на тонкой грани наши «стиратели истории». Сначала сформулировали какой-то непонятный День Примирения и Согласия, потом нарыли из истории войну с поляками и придумали День Народного Единства, заодно отодвинув выходной от «зачумленной» даты.

Клоуны…

День Победы

Утро началось с «17 мгновений весны». Смотреть серьезный фильм, который в детстве казался просто «про шпионов», оказалось неожиданно интересно. Знакомые до мелочей кадры, иногда заставляющие улыбаться, иногда — всерьез задумываться, великолепная игра актеров, оцененная заново взрослым взглядом. Словом, к началу парада на Красной площади настроение было вполне военно-патриотичным. Разочарование не замедлило последовать…

Зрелище военного парада, который принимал чекист-полковник в штатском у гражданского министра обороны, выглядело весьма обескураживающе. После чеканного рапорта командующего московской группы войск, рапорт министра обороны Верховному главнокомандующему был просто жалок. А когда двое в штатском пожали друг другу руки, мне захотелось выругаться. Военный парад, вашу мать!… Ладно, президент не обязан быть военным, Верховный главнокомандующий — это должность, а не звание. Но чтобы министр обороны был гражданским — это вообще ни в какие ворота. И, раз уж на то пошло, командующий Московской группировой должен сдавать парад министру обороны, который стоит рядом с гражданским президентом. Ну, то есть — как бы им обоим. А тут… я считаю, что это просто профанация армейской структуры и дискредитация армии вообще. И после этого «они» так старательно пекутся об авторитете армии? — это смешно, господа гражданские. Вы сами ставите армию в идиотское положение.

А государственный гимн «a capella» тому подтвеждение. Слов нет, получилось весьма эффектно. Но… Во-первых, вы не забыли, что исторически — это прежде всего церковное исполнение? А во-вторых, поющая армия… нда, вы бы ее еще плясать заставили.

Впрочем, и заставили. Когда курсанты выкладывали из карабинов слово «Победа», мое настроение было уже окончательно загублено, но и это оказалось не все. После выноса легендарного Знамени Победы началось вообще цирковое представление. На площади появились солдаты и матросы в реконструированной форме Великой Отечественной. И вперемешку с ними шли реальные армейские подразделения. Вы, блин, или уж костюмированный бал устраивайте или оружием бряцайте, к чем это перемежающаяся клоунада? К появлению войск МВД я, как Алиса в Стране Чудес, уже ничему не удивлялся. То, что опера не имеют строевой подготовки, меня не удивило совсем. Но то, что возглавляли строй затянутые в камуфляж «туши» милицейских чинов… мало того, что ментам вообще нечего делать на военном празднике, но — раз уж вышли! — хотя бы постыдились бы такой отъевшейся толпой топать по святой в этот день брусчатке.

А потом началась кульурная программа. Единственную песню той войны, дожившую до наших дней — легендарную «Значит нам туда дорога…», с которой с 43-го года ездил по передовой Утесов, дополняя его очередными куплетами после очередной сводки Информбюро — в этот день не спел только ленивый. Особенно мерзко она прозвучала в исполнении «Чай вдвоем». Так же только ленивый не одевал военную форму с какими-то бутафорскими наградами. Зрелище «блондинистого» хвоста из-под форменной фуражки вызывало только одно желание — набить морду обладателю этого самого хвоста.

Жестокий стеб Газманова, ведущего праздничный концерт на Поклонной горе, по этому поводу меня как-то утешил. Он вышел в форме со словами «раз уж все сегодня одевают форму, надену и я — кстати, все в курсе, что она у меня настоящая, я капитан третьего ранга и эти награды не бутафория?». Я ему даже бахвальство простил — поставить на место всех этих уродов от попсы того стоило.

И в этот момент пошел дождь. Сразу вспомнился утренний праздничный репортаж об авиации, которая будет делать погоду сегодня «с использованием новейших технологий». Технологий хватило лишь на 40 минут парада. На сцене к тому времени появился Василий Ланавой и совершенно потрясающе спел «Одна на всех, мы за ценой не постоим» с Тамарой Гверцетели — строго, серьезно, величественно. Как Кобзон пел «Мгновенья» в фильме. Потом вышел Александр Маршалл и тоже весьма достойно спел «На безымянной высоте» с хором военных.

Под дождем, который проникал под навес, перед толпой, ведущей себя весьма уместно, эмоционально, но без истерики рок-концертов. Редкие зонты виднелись перед сценой — и почти никто не ушел. И за эти пять минут все стало настоящим. Артисты пели, как на передовой, перед зрителями, которые тоже стояли под дождем и мокли, словно на посту. В память о погибших. На пять минут это примирило меня со всеобщим идиотизмом. Со словами журналистов о том, что ветеранов остается все меньше с каждым годом — нашли, идиоты, о чем говорить. О таком говорят серьезно или не говорят вообще. А ветераны — им сейчас минимум 75 лет, тем, кто пошел воевать еще мальчишками, до этого возраста вообще редко кто доживает — в кадре выглядели как свадебные почетные гости. На празднике, которым все бы обязаны только им. Одна женщина — сдержанная, но все еще полная жизни — скромно обозначила, что была снайпером, на счету у которой больше 100 убитых. Другая говорила о том, что все эти праздники они встречают узким кругом. И правильно — всенародные «праздники» уже давно не про них и не для них.

Стыдно. Стыдно за все перед ними. За то, что мы празднуем их праздник, о них же и забывая. Что мы бряцаем игрушечным оружием, подражая им. Что играем в «солдатики» настоящей армией. Что унизили эту самую армию до уровня музыкального сопровождения политических жестов. Обесценили в собственных глазах, переподчинив гражданским. Наверное, я слишком критичен — но мне стыдно.

День знаний

Сегодня утром меня разбудила пафосная музыка. В школе внизу начиналась «торжественная линейка»… потом музыка в громкоговорителях стихла и микрофон, судя по голосу, взяла местный дисциплинарный монстр — школьный организатор. Звук искажается расстоянием, усилителями и оконным стеклом, поэтому слышно немного, но, что называется, «самое оно». Очень краткая стенограмма происшедшего прилагается :)

— В этот прекрасный день…
Смотрю за окно — небо серое, слякоть… вот уж — каков день, такова и погода.

— Под бурные аплодисменты…
Тишина гробовая.

— Бурные аплодисменты меня подводят!
Жидкие хлопки.

— Слово предоставляется директору нашей школы, заслуженому учителю… [неразборчиво].
Далее идет какой-то невразумительный текст, заканчивающийся отчетливым «всех благ!».

— Наша торжественная линейка по традиции открывает… то есть продолжает… школьный гимн, который у нас есть и который все прекрасно хорошо знают. За время летних каникул бы по нему уже соскучились!
Особенно понравилось «прекрасно хорошо знают».

Все это хорошо поставленным стальным голосом и с радостью, в которой сквозит улыбка терминатора. Словом, день удался — всякая мысль о том, что эти радости меня уже больше никогда не коснутся, радует неимоверно. Детей только жалко… особенно первоклассников — они так искренне туда хотят…

Состояние: веселое