Гесер

Ушел Владимир Меньшов. Да, роль в «Ночном Дозоре» для него была ничем не примечательной, проходной. Но сам он был фигурой как раз этого масштаба, оттого и ассоциации.

Еще одна жертва крестового похода против человечества, который ведет природа.

32 мая

Сегодня день, которого лучше бы не было. 20 лет назад ушел родной брат моей мамы. Поскольку в моей жизни отца все равно, что не было, именно он был для меня всем тем, что формировало меня. Хорошее, плохое — неважно. Дети копируют старших, не анализируя.

И сейчас, когда мне почти столько же, сколько ему было 20 лет назад, я вижу, насколько похожим на него я стал. Все то, что я считаю правильным и неправильным, я просто помню — в нем. Схожи даже сделанные нами ошибки. Времена были другие, но отношение к жизни почти идентично.

Дежурный по стране

Его невозможно цитировать — каждый монолог одна сплошная цитата, из которой слова не выкинешь. «Слова Жванецкого, музыка народная», это все и наши мысли тоже, только мы не смогли высказать их так — коротко, точно и красиво.

Нормальный человек в нашей стране откликается на окружающее только одним — он пьёт. Поэтому непьющий всё-таки сволочь.

Михаил Жванецкий, «Мысли»

Смеша тем, над чем хочется плакать, он облегчал невыносимость бытия целой стране. С 60-х до дня сегодняшнего — одна большая смена «дежурного по стране». Он им и был — дежурным врачом, который вовремя увидит и поможет.

— А вы? Поможете?
— Пережить, перетерпеть. Пережить-перетерпеть.
— Так мало?
— Совсем не мало.

Михаил Жванецкий, «Отодвинули облако…»

Двоемыслие 70х, дефициты 80х, кошмары 90х, беззастенчивая ложь последнего времени — он это видел, он не мог об этом молчать, а мы его слушали и нам становилось легче. Пережить, перетерпеть…

И не важно для кого, важно, что тебе от этого легче. Пусть ты опять эгоист — может быть, вся твоя жизнь для того, чтобы тебе стало легче. А если люди от этого еще получают удовольствие — то тем более.

Михаил Жванецкий, «О себе»

Власти в большом долгу перед этим человеком, это «пережить-перетерпеть» многие годы снимало напряжение, взрыв которого они бы не пережили. Теперь страна осталась без своего Дежурного.

Прощайте, Михал Михалыч.

Майкрофт де Рошфор

Сентябрь оказался печально богат некрологами. Борис Клюев, Майкрофт Холмс и граф де Рошфор советского кинематографа, умер 1 сентября.

Трудно сказать что-то о человеке, которого ты знаешь только по второстепенным ролям в кино, но и этими ролями он создал весьма привлекательный образ. Для меня, выросшего на «Шерлоке Холмсе» это образ человека, ум которого смягчает даже нескрываемое высокомерие. Создать такой образ, думается мне, непросто. Что само по себе говорит об уровне актерского мастерства.

Да, это все, что я могу сказать о Борисе Владимировиче, но разве этого недостаточно, чтобы вместе с остальными переживать его уход?

Черная Пантера

Умер Чедвиг Боузман. Конечно же, зрители ассоциировали его с Черной Пантерой. И, наверное, это правильно. Для зрителей актер это всегда его лучшая роль. Король выдуманной страны, один из спасителей человечества.

Миры переплетаются, в кино Пантеру убил Танос, в реальности Чедвига Аарона Боузмана убила опухоль. Вот только в кино все обратимо, а наш мир больше не входит в мультивселенную, где Пантеру удалось вернуть.

Мальчик со шпагой

Сегодня ушел Владислав Крапивин. Тот самый «мальчик со шпагой», который всю жизнь знал места, где пересекается миры. Мы все их когда-то знали, но потом забросили шпаги, перестали смотреть на горизонт и стали скучными взрослыми. А он остался нашим проводником. Туда, куда не знает дорогу ни один взрослый.

Марк Захаров

Ушел Марк Захаров — последний из режиссеров нашего кинематографа. Вместе с Эльдаром Рязановым и Георгием Данелия он входил в триумвират великих, которые этот кинематограф сделали. А теперь стали его историей.

«Тот самый Мюнхаузен», «Обыкновенное чудо», «Дом, который построил Свифт», «Убить дракона» — невозможно представить, чтобы такие фильмы могли появиться в советское время. Но это было. А еще были «Двенадцать стульев» и «Формула любви» — образец утонченного и ироничного юмора первоисточников, помноженного на утонченность и иронию режиссуры.

Множество актеров стали яркими звездами после того, как их разглядел и показал нам именно он. Перечислять бесполезно, весь ЛенКом — одно большое созвездие. Звезды, которые зажег Захаров.

Прощайте, Марк Анатольевич. С вами ушло последнее, что оставалось от советского кино, которое так любим мы — те, кто помнят…

Георгий Данелия

Его обвиняли в отрыве от корней и называли «московским грузином». Он не знал родного языка, но чувствовать «на двух языках» так, как это умел автор «Мимино», «Осеннего марафона» и «Кин-Дза-Дзы», мало кто способен. Как и Фатих Акин, это человек «с двумя сердцами» — редчайший бриллиант в мире взаимонепонимания.

Прощайте, Георгий Николаевич. Без вас в кинематографе и в мире стало меньше принятия и понимания.

The-One-Above-All

Таносу все-таки удалось уничтожить Вселенную. Когда она будет создана заново, в ней уже не будет Того-кто-над-всеми.

Прощайте, мистер Ли…

Мастер интриги

Сколько себя помню — я её боялся. Боялся в детстве, опасался в молодости, избегал потом. Она всегда все знала, при помощи телефона и «агентурной сети» она была вездесущей. И вечной, когда мне было 14; ей было под 70, точно никто не знал из-за проблем с документами. В кипении жизни она не только принимала участие — без нее это кипение страстей было бы и вполовину не таким сильным.

Да, я помню, чего не надо говорить об ушедших. И, хоть страсти эти были по большей части негативными, она внушала почти восхищение. Интриги и манипуляции, которыми малограмотная женщина управляла окружающими, сделали бы честь самому Макиавелли. Почти в любом городском скандале можно было найти её следы, очень тонкие и очень точные. Их можно было найти, только обладая обостренным слухом на её меткие формулировки. Почти не умея писать и с трудом связывая слова по-русски, она столь мастерски владела родным языком, что перепутать было невозможно. Ей бы в средневековой Европе родиться, историю творить, но — увы… ни со временем не повезло, ни с местом. Ни с внешностью, с детства был сильно искривлен позвоночник. Вселенная очень постаралась, чтобы громадный потенциал не развернулся во всей своей разрушительности. Но даже этого оказалось недостаточно. Прямого конфликта с ней не мог выдержать никто. Она была как шторм, которому бесполезно противостоять и который можно было только пережить. И обижаться на неё точно так же не имело смысла.

Она оставила после себя скандальный клубок интриг и тайн. Словно автографом подписав свою жизнь перед уходом. Это ли не мастерство?

У природы нет плохой погоды

Сегодня ушел один — из двух! — столпов отечественного кинематографа. В отличие от Марка Захарова, яркого и карнавального театрального режиссера, Эльдар Рязанов мастер полутонов, душевно-мягкого жизнеописания. «Иронию судьбы» любит вся страна, некоторые индивидуалисты даже ненавидят её за это — чтобы не быть как все. Рязанов был тем гигантом, которому на плечи взбирались карлики, снимающие продолжения. И если Тимуру Бекмамбетову удалось хотя бы приблизиться к Великому, который снисходительно одобрил картину своим появлением в эпизодической роли, то Сарик Андреясян с попыткой переписать «Служебный роман» выставил себя просто мелким пакостником, замахнувшимся на «Вильяма нашего Шекспира».

Кстати, о Шекспире. Эта фраза из «Берегись автомобиля» оказалась только одной из многих, разлетевшихся на цитаты. Да, чаще всего это слова Эмиля Брагинского, но именно Эльдар Александрович заставил их звучать. «Старики-разбойники», «Гараж», «Забытая мелодия для флейты» — слегка грустные комедии о серьезном. «Приключения итальянцев в России» — настоящий экшн по образцу западного игрового кино. «Жестокий романс», «Гусарская баллада» — экранизации классики. И музыка. В лучших традициях советского кинематографа, которые Эльдар Александрович и создавал, музыка присутствует везде. Дополняя атмосферу, создавая настроение.

А вот 90-е оказались Рязанову чужды. «Небеса обетованные», грустная история о выброшенных из «новой жизни» по старомодному хороших людей, немножко абсурда в «Привет, дуралеи» — подобно тому самому «Вильяму нашему Шекспиру» с его ироничным «Как вам это понравится» Эльдар Александрович показал то, что умеет быть современным. Но определенно не потому, что новые времена ему нравятся. Скорее, приняв вызов нового времени. Во всяком случае, мне показалось именно так. Все лучшее осталось там, где в приглушенном свете абажуров, в домашних интерьерах говорили о хорошем. И не было нужно ни 3D, ни Dolby, ни попкорна. Все это ушло с Эльдаром Александровичем. В прошлое, навсегда. А нам осталось лишь пересматривать фильмографию. Полную, законченную, ретроспективную.

Кончилось время теплого, душевного кино. И от этого очень грустно. Спасибо вам, Эльдар Александрович. За то, что вы у нас были. Мы будем помнить.

У природы нет плохой погоды —
Каждая погода благодать.
Дождь ли снег — любое время года
Надо благодарно принимать.

Отзвуки душевной непогоды,
В сердце одиночества печать,
И бессонниц горестные всходы
Надо благодарно принимать.

Смерть желаний, годы и невзгоды —
С каждым днём всё непосильней кладь,
Что тебе назначено природой
Надо благодарно принимать.

Смену лет, закаты и восходы,
И любви последней благодать,
Как и дату своего ухода
Надо благодарно принимать.

У природы нет плохой погоды,
Ход времён нельзя остановить.
Осень жизни, как и осень года,
Надо, не скорбя, благословить.

1977 год.

В старинном парке корпуса больницы,
кирпичные простые корпуса…
Как жаль, что не учился я молиться,
и горько, что не верю в чудеса.

А за окном моей палаты осень,
листве почившей скоро быть в снегу.
Я весь в разброде, не сосредоточен,
принять несправедливость не могу.

Что мне теперь до участи народа,
куда пойдет и чем закончит век?
Как умирает праведно природа,
как худо умирает человек.

Мне здесь дано уйти и раствориться…
Прощайте, запахи и голоса,
цвета и звуки, дорогие лица,
кирпичные простые корпуса…

2015 год.

Наша служба и опасна, и трудна

Не зря мне вспомнилась эта песенка.

Вчера умер Георгий Мартынюк, тот самый майор Знаменский. Образ правильного следователя, конечно, современной критики не выдерживает, но тогда хотелось верить, что милиция именно такая. Наверное, эта роль не стала для Георгия Яковлевича «гамлетом». Но он стал Знаменским навсегда. Во все времена обществу нужен образ умного и честного служителя закона. Это основной инстинкт, потребность в безопасности, гарантия спокойного сна. И быть таком вот архетипом Защитника для всей страны — не самая плохая участь.

Первая шпага синематографа

Каким бы беспомощным ни было отечественное кино, фехтовальные поединки всегда были выше всякой критики. Мушкетерская «трилогия с продолжением» Юнгвальд-Хилькевича, как и серия фильмов о гардемаринах Светланы Дружининой, в этом смысле намного опережает все остальные постановки в этом жанре.

Поединок д’Артаньяна с де Жюссаком у монастыря Дешо и в порту, эпические поединки Жака с гардемаринами — это все он, постановщик трюков и исполнитель отрицательных ролей Владимир Балон. Один из немногих актеров, которые действительно умели фехтовать.

Зорро в исполнении Антонио Бандераса, недавние экранизации «мушкетеров», «Пираты Карибского моря» — лучшее, что есть в Голливуде — по сравнению с поединком Белова с де Брильи в «Гардемаринах» не более, чем ученичество и акробатика. Внимательный взгляд даже заметит разные школы — классическая французская школа мушкетеров и де Брильи против аристократической испанской La Destreza Белова и Де Жюссака. Даже в комедийном «Берегись автомобиля» поединок Гамлета с Лаэртом — постановка внутри постановки — при всей своей «игрушечности» состоит из правильных и красивых движений.

Владимир Яковлевич украсил все фильмы, которых касался как постановщик трюков. И очень жаль, что его больше нет с нами. Мастер клинка. Лучший… возможно, последний.

Прощайте, мастер, нам будет вас недоставать…

Луч солнца золотого

Сегодня умер Муслим Магомаев. Рядом с его именем слова «шоу-бизнес» звучат неуместно грязно. Это не про него. Он певец. Голос Советского союза, всего лучшего и чистого, что в нем было. Луч солнца золотого…

Послушаем в тишине.