Конституция: «Народу нравится»

Есть в новой Конституции и свои «толкачи». Разочарованный народ согласен на любые телодвижения, чтобы получить хотя бы что-то обещанное. Например, сходить и проголосовать. А обещано много…

Правду сказать, многие потребности сначала были так же искусственно созданы. К примеру, поправка про «защиту исторической правды» (67-1) была предварительно хорошо подогрета криками «они замалчивает нашу Победу!».

А поправка про «обеспечение оказания доступной и качественной медицинской помощи» и социальное обеспечение (72) — вообще как бальзам на душу, особенно старшему поколению, которому «хоть горшком назови», лишь бы хоть что-то сделали, хотя бы внимание оказали. А имперские мотивы их не смущают, лучшая пора в их жизни пришлась как раз на «имперские» времена Советского союза.

И так далее — защита отцовства, материнства, детства, старости (72) в стране, где неполных семей большинство, а пенсионеры доживают свой век в нищете и одиночестве, тоже найдет отклик во многих сердцах.

А все эти ужесточения власти на всех уровнях — для большинства только в радость, с позиции «все они одним миром мазаны» чем хуже сделают ненавистным чиновникам, тем лучше.

Культ личности уже давно есть и приносит плоды. Все больше народа считают, что нынешний правитель — единственный выбор, а все его действия для страны благо. За сладкий «имперский» привкус можно и приплатить. И платим — там более, что у нас никто и не спросил, можно просто находить положительное в том, что есть.

И ведь пройдет, что самое печальное… Может, даже подтасовывать голосование не придется. Умная у нас власть. Подлая, но умная.

Конституция: Империя наносит ответный удар

В новой Конституции на территории страны, кроме существующих регионов могут быть созданы особые федеральные территории со своими собственными моделями публичной власти (67). Ну, то есть отличающимися от существующих. И потихоньку, на карте старой России вырастет новая Российская Империя — с другой структурой, другим управлением и подчиненная верховному правителю. Потом останется лишь принять очередную Конституцию и зафиксировать новую реальность. Красиво, ничего не скажешь.

Русский язык назван языком «государствообразующего народа» (68). То есть новая Россия будет все-таки для русских. Остальным останется роль «фольклорного элемента», этнокультурное и речевое многообразие будет разрешено (69). Но лишь при условии «сохранения общероссийской культурной идентичности».

Там же (69) обозначено намерение вмешиваться в дела других стран, если это можно подтянуть под «помощь соотечественникам за рубежом». Проверенная Соединенными Штатами модель, вот только декларируется она как-то трусливо, между строк.

Россия претендует на все, что осталось от Союза (67-1), пока свои претензии не заявили другие «союзники». Это явная и недвусмысленная декларация подкрепляется полной индульгенцией всякого рода пропаганды. Это понятно, империи нужна пропаганда — от религиозной до откровенно ксенофобной. Мировые ценности не позволяют мобилизовать страну против этого самого мира.

А противостояние грядет — приоритет своих законов над международными (79) не спрятать за лицемерным «принимает меры по поддержанию и укреплению международного мира и безопасности, обеспечению мирного сосуществования государств и народов, недопущению вмешательства во внутренние дела государства» (79-1).

Судьи и прокуроры у нас, конечно же, есть — но, если судей и прокуроров будут назначать одни и те же люди (прямо скажем, один и тот же человек — 128, 129), то в чьих интересах они будут работать? Вопрос, конечно, риторический…

И пойдем мы дружными рядами в светлое будущее — храня в душе бога «государствообразующего народа», с патриотический оскалом в адрес всех, кто смеет посягать на наше героическое прошлое (67-1) и сомневается в нашем светлом будущем (75-1). Под чутким руководством вождя, да продлится его власть вечно…

Пизд… Аминь.

Конституция: Королева-в-парламенте

В основе британского парламентаризма положен старый принцип «Queen-in-Parliament», согласно которому верховная власть исходит от королевы, хотя и с согласия парламента. В то время, как Британия оставила от этого принципа лишь традицию, пройдя долгий путь «влево», российский парламентаризм, кажется, вознамерился вернуться к истокам.

В обновленной конституции Федеральное собрание поделено на Совет Федерации и Государственную думу. Совет Федерации, наша новая «Палата лордов» — это кадровый ресурс для политических должностей. Это видно из того фильтра (71), который схож для президента, высших государственных деятелей, и сенаторов.

Сенаторов в Совет Федерации назначают по двое на каждый регион — от исполнительной и законодательной власти соответственно (71). То есть как минимум половина палаты Лордов — подконтрольные президенту (83) назначенцы правительства. А есть еще 30 человек президентского резерва, которые назначаются им лично. Семеро из них — пожизненно. Это не считая «пансионата» для правителей в отставке (92-1). Остальное меньшинство набирается из местечковых дум. Не страшно, на то оно и меньшинство.

Государственная дума — это «палата представителей», 450 депутатов со всей страны. Про них можно сказать только то, что они работают машинами голосования и им нет хода в «высшую лигу». А, поскольку все важные решения принимаются президентом либо единолично, либо при участии «палаты лордов», то Дума — это такой демократический загончик, который будут показывать всему миру как символ народовластия. А актеры этого шапито будут исправно веселить население идиотскими инициативами, время от времени «предлагая» от имени народа подброшенные «откуда-то сверху» идеи. Ни на что другое они не годятся уже сейчас, а в будущем-то и подавно. Максимум — шоу «политический голос», чтобы обратить на себя внимание и влезть повыше.

В то время, как реальная власть будет у «монарха в парламенте». На зависть британским монархистам. Какие забавные кульбиты вытворяет история…

Конституция: Судьба резидента

Обновленная статья 81 устанавливает фильтр для претендентов на высший пост, чтобы исключить шансы существующих конкурентов, а «югославская оговорка» делает нынешнего правителя и вовсе «бессмертным» — два срока после завершения нынешнего правления позволят ему оставаться у власти до 83 лет.

После чего ему гарантирована спокойная старость в полной неприкосновенности (92-1), которая защитит его от всего, кроме государственной измены, которую еще надо суметь и успеть (!) доказать, пока он не свалил по-быстрому в отставку (93).

В качестве запасного убежища в совете Федерации заготовлены теплые места, где за особые заслуги сенаторы становятся вечными. Верховный правитель этими заслугами обладает по определению (95).

Смысловой нагрузки пассаж про «поддержание мира и согласия в стране» (80) не имеет, но все равно — приятная мелочь. Льстить правителям — многовековая российская традиция.