Бейсик XXI века

Да, это про Python. И индустрия еще наплачется, когда будет изживать последствия того, что в эпоху «после Бейсика» называли «тяжелым наследием макаронного программирования».

Тут проблем будет больше и они будут посерьезней. Будет аллергия на «сахар», будет конфликт «концептуалистов» с «практиками», будет пост-пайтоновские языки и массовые миграции. И многие другие беды, доселе неведомые.

И говорить об этом языке станет так же некомфортно, как о BASIC с PHP. Но это будет потом. Подождем…

Мусорный русский

Профессор филологии ужаснулся тому, что стало с русским языком. Он назвал его «убогим и клоачным». Правильно, кстати, назвал — по сравнению с языком Достоевского то, что мы слышим даже на государственном уровне, действительно убогий сленг, помойная клоака и копирование чужого вместе взятые. За одно только слово «фейк» надо бить по голове словарем Ожегова. Ну или далевским «толковым словарем живаго великорусского языка» — для клинических патриотов.

Неназываемый сказал, что «пещерные русофобы объявили войну русскому языку». Нет! — это пещерные русофилы разучились видеть разницу между тем, чем должен быть русский язык со своим громадным культурным слоем, и тем, что они сами из него сделали. Все эти «тренды» и «хайпы», непереведенные «транспарентность» и «инклюзивность», уголовные «мочить» и «тусоваться» — это мусор, та самая клоака. Значение слова «пользовать» в смысле «лечить» вообще никто не знает, но все используют. «Энергию» путают с «энергетикой», вместо «волнующе» поголовно говорят «волнительно», хотя уместно это разве что в среде служителей Мельпомены. Литераторы, опора и надежда словесности как таковой, становятся все ближе к самой массовой аудитории, коверкая слова и находя в этом «высшие смыслы».

Отдельного упоминания стоит «официозный» русский. Полесовское «при наличии отсутствия» еще цветочки с сравнении с современным «процесс развития движения за укрепление сотрудничества в области обеспечения». Весь этот мусор можно смело выбрасывать. И в процессе этого смысл не только не пострадает — он появится! Но может кому-то не понравиться…

И эвфемизмы. Вообще, язык эвфемизмов — это язык лжецов и трусов. «Принуждение к миру», «наведение конституционного порядка». Вы этим «миротворцев» видели — на танках, да в бронежилетах? И это не только адвокаты и дипломатами, которым по работе положено играть со смыслами. Это каждый первый сейчас так говорит. И сразу видно, кто не хочет отвечать за сделанное и «колеблется вместе с генеральной линией партии». А язык — он просто зеркало. Мусорное зеркало криминальных действий убогих людишек, которые прячут от окружающих свою сущность.

«Пещерные» русофобы — спасибо Неназываемому за формулировку — поняли все так, как поняли, и «единым фронтом» навалились на того, кто просто выразил свое сожаление по отношению к когда-то великому и могучему. Дистанцировались, выразили негодование, еще с работы турнут, чтобы тень не бросал и не пришлось рядом оказаться, когда сверху молния ударит. На всякий случай.

Так что говорить на языке Соловьева, Киселева и Симоньян это совсем не то же самое, что говорить на языке Пушкина, Достоевского и Булгакова. Даром, что в обоих случаях этот язык русский.

Достал уже этот парад уродов.
Уж простите мне мой «клоачный».

Наш софт

Видимо, сбываются слова Рогозина. Наш софт стал «лучшим в мире» для всех устройств. Ну, по крайней мере его таким назначили. Теперь гаджеты нельзя будет продавать без предустановленного российского программного обеспечения. Дума в первом чтении согласна (upd. от 19/11/2019: во втором — тоже).

Только один вопрос — он будет неудаляемым или наши «бойцы невидимого фронта» научились эксплойтами закрепляться в системе с одного раза?

Впрочем, есть и третий вариант — пускать на рынок только те устройства, для которах есть правительственный ключ. Правда, Apple, возможно, предпочтет уйти с рынка.

За пропаганду наркотиков…

…теперь будет грозить не административная ответственность, а уголовная. Законопроектом снова отличилась «Справедливая Россия». Если его примут, то вместо штрафа в 5 тысяч рублей по статье 6.13 КоАП РФ будут сроки до 7 лет (upd. от 26/02/2020: до 12 лет). Впрочем, учитывая то, что «внести предложения на этот счет просил президент Владимир Путин» — примут обязательно.

То есть теперь вместо пакетика с «белым порошком» будет достаточно подложить запись в бложик. Благо с новым «суверенным» Интернетом вмешаться в трафик теперь не составит никакой сложности…

Студотряды от медицины

Мне сейчас, знаете, какая в голову мысль пришла? А студенты-медики могли бы организовывать типа студенческих строительных отрядов.

В. В. Путин

За обсуждения этого… да, высказывания по статье 319 УК РФ «светит» год исправительных работ.

Так что, пожалуй, воздержусь…

Кот как оружие

Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту нападения на полицейского и использованием кота.

Обвиняемый, «используя принадлежащую ему кошку в качестве оружия, схватил ее в области холки, тем самым приведя ее в агрессивное состояние, от чего кошка выпустила когти». После чего «ударил кошкой в лицо», когти которой «были направлены в область лица полицейского».

При этом сам обвиняемый настаивает, что кот поцарапал полицейского по своей воле.

Такие дела…

Охота на ведьм

Гвидо ван Россум ушел с поста «великодушного пожизненного дикатора» Python, Линус Торвальдс на месяц покинул пост координатора разработки ядра Linux, Ричард Столман ушел поста руководителя GNU и FSF. Перед этим навсегда закрылась конференция PHPCE, а в «Дисней» успели отменить и возобновить контракт с режиссером третьих «Стражей галактики» Джеймсом Ганном.

И все это — с подачи каких-то малоизвестных персон, чьи личные обиды в наше болезненно инклюзивные времена перевешивают здравый смысл. Новой охоты на ведьм могут не бояться только черные инвалиды-лесбиянки.

Марк Захаров

Ушел Марк Захаров — последний из режиссеров нашего кинематографа. Вместе с Эльдаром Рязановым и Георгием Данелия он входил в триумвират великих, которые этот кинематограф сделали. А теперь стали его историей.

«Тот самый Мюнхаузен», «Обыкновенное чудо», «Дом, который построил Свифт», «Убить дракона» — невозможно представить, чтобы такие фильмы могли появиться в советское время. Но это было. А еще были «Двенадцать стульев» и «Формула любви» — образец утонченного и ироничного юмора первоисточников, помноженного на утонченность и иронию режиссуры.

Множество актеров стали яркими звездами после того, как их разглядел и показал нам именно он. Перечислять бесполезно, весь ЛенКом — одно большое созвездие. Звезды, которые зажег Захаров.

Прощайте, Марк Анатольевич. С вами ушло последнее, что оставалось от советского кино, которое так любим мы — те, кто помнят…

На перекрестке цензуры и коррупции

«Не аналог, но конкурент»

Дмитрий Медведев распорядился создать общенациональный научно-образовательный интерактивный энциклопедический портал.

Википедия, говорят нам товарищи ученые, содержит много ошибок и неточностей, которых новый проект будет лишен… совершенно верно, благодаря тому, что её содержимое будет определяться не всяким быдлом анонимными злоумышленниками, а проверенными кадровыми товарищами рабочей группой серьезных ученых-энциклопедистов.

Проект стартовал 1 июля, рассчитан на 33 месяца и должен завершиться 1 апреля 2022 года. В планируемом бюджета на этот первоапрельский розыгрыш заложены совершенно несмешные 2 миллиарда рублей.

Победоносное импортозамещение общемировых ценностей продолжается…

Оно

Давайте уже признаемся, что современный кинематограф еще менее способен экранизировать Кинга, чем в 90-х. Спецэффекты здесь не помогут, дело в атмосфере первоисточника, которая в деталях — смешных, шокирующих, неприятных.

Гомосексуалисты, гомофобы, педофилы, насильники — на их фоне древнее зло, внушающее страх и питающееся им, просто заданный контекст, декорация. Выживание в этих условиях для семерых подростков «клуба неудачников» — это массированный удар по всем болевым точкам. Даже в менее щепетильных 80-х Стивена Кинга называли педофилом и гомофобом за пару весьма болезненных для читателя сцен. Но ведь это, мать вашу, хоррор. Его нельзя снять в жанре рождественской сказки. Вернее можно, но получится… в общем, получится то, что получилось.

К чему-то приплели древних индейцев из параллельной реальности. Ритуал Чудь, в оригинале более похожий на «прыжок веры», превращающий ингалятор с водой в грозное оружие экзорциста, превратили в детский круг травли «все против одного». Затравленные ровестниками «чужаки», находят своего собственного «чужака» для травли? А, когда затравленный Пеннивайз становится похож на беззащитного ребенка, победители протягивают ему руку, чтобы… раздавить его сердце? Серьезно? И кто же здесь монстр?

Не говоря уже о том, что история города, востановленная по газетным вырезкам Майком Хенлдоном в романе, была полностью убрана в пользу карикатурных CGI-монстров и какого-то невнятного артефакты «с другой стороны мира». А ведь это было большей частью мастерски нагнетаемого автором эффекта присутствия древнего зла. После которого читатель начинал бояться не то, что раскрашенных рыжих клоунов — а одного только вида красных воздушных шариков.

Стивен Кинг в очередной раз нас обманул. Мастера, видимо, больше греет сам факт внимания кинематографистов, а не то, что в результате вышло из «Темной башни» и, теперь вот, из «Оно».

Очень печально…