Соотношение морали и знания в философских учениях

Философия всегда стремилась к достижению границ познаваемого мира. Границы расширялись, философские учения дробились, множились и специализировались. На заре философского познания было только Знание — понимание мира, его устройства, закономерностей и правил. Себя человек рассматривал как часть окружающей действительности и отдельного вопроса отношениям человека с миром не существовало.

Античные философы с равным вниманием изучали физику и метафизику, этику и логику, мораль и основы государства. То было время, когда понимание мира было целостным, интегральным. Где “я” и “мир” были нераздельны. А мораль была таким же предметом исследования, как звезды или медицина. Знание античной философии — это все, а мораль — лишь часть целого.

Аристотель первым выделил Человека, как нечто, создающее Знание, а не просто постигающее его из Мира. И начал изучать это нечто в отрыве от окружающего Мира. Ввел понятия “счастье” и “добродетель”. “Добродетель — это внутренний порядок или склад души; порядок обретается человеком в сознательном и целенаправленном усилии”. Эллинистические философские школы стали первым поворотным пунктом в осознании Человека. Скептики отрицали саму возможность постижения Истины, в отличие от стоиков, которые продолжали искать свое место в Мире, чтобы принять его и не противоречить мировому порядку .

Средние века стали временем религиозной философии. Индийские веды, китайские “100 школ”, европейская схоластика во всех ее видах — изучали мир в свете толкований прежде всего религиозных учений, выдвинувших на первый план взаимоотношения Человека и Бога. И если западная философская мысль прошла этот этап в кабинетах теологов и схоластов, то на Востоке она “вышла на улицы”, стала практической наукой, основополагающей этикой человеческого поведения, в некоторых случаях — даже основой политического устройства.

Однако, чистое “платоновское” познание сохранилось и в агрессивной религиозной среде а, пережив даже мрачные времена “Молота Ведьм”, к началу Возрождения сформировало из понятия “Человек” самостоятельную философскую категорию , а Мораль — внутренний закон — поставило на одну доску с законами физическими.

Гуманистические школы стали “оттепелью” после суровых времен Инквизиции. Они стихийно, но последовательно, разрушали давящее влияние церкви и стали первыми ниспровергателями Бога и религиозной морали. Взамен гуманисты во главу угла поставили Человека, его интересы и его взаимодействие с окружающим миром, включающим в себя божественное. Вопрос происхождения снова стал всего лишь одним из теоретических вопросов, а философская мысль вернулась к “чистому разуму” после темных веков догм и религиозной инерции.

Мораль в виде “общественного договора” вернулась в философию в эпоху Просвещения. Философия снова стала прикладной наукой, а мораль на новом витке развития снова стала рабочим инструментом для формирования общественного порядка. Гоббс , Локк и Руссо обосновали понятия “закон” и “государство”. Просвещение — это время политической философии, время создания основ права, закона и теоретической платформы новых общественных институтов.

Эмпирики и рационалисты, идеалисты, материалисты и дуалисты продолжали между тем изучать вопрос происхождения в чистом виде, но точку в этом поиске поставил Иммануил Кант, обосновавший непостижимость “вещей в себе” в фундаментальной “Критике чистого разума”. И от этого удара философия еще долго приходила в себя, пытаясь найти истину в целом букете направлений — от гегелевского абсолютного идеализма и сурового шопенгауэровского волюнтаризма до кьеркегоровской иронии и всеотрицающего постмодернизма. Нигилизм и анархия подготовили плацдарм для глобальных потрясений.

А мораль? Мораль тех времен стала сокрушительным оружием ниспровергателей. Жесткая эгоцентричная мораль ницшеанского Сверхчеловека теоретически “подковала” главную беду двадцатого столетия — гитлеровский фашизм, преследующий целью полное истребление “всех остальных”, не назначенных жестоким “теоретиком Воли” для жизни в светлом будущем. Не отстал от него и ученик Гегеля, абсолютный либерал Карл Маркс, говорящий о роли философа в изменении мира, и Ленин — практик с чистыми помыслами, ставший организатором Красного Террора. И мир содрогнулся от противостояния абсолютистов.

“Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем…” Затем, на обломках дискредитированных идей, философия вернулась в мирное русло. Экзистенциализм, семиотика, структурализм, деконструкция — новые инструменты новой философии первым делом “обезвреживали” идеологические ловушки, способные поднять массы в очередной “крестовый поход” к торжеству разрушения. Философия науки, сциентизм, редукционизм — философия снова обратилась к “холодному разуму”, к изучению мира. Мораль снова стала объективным предметом исследования, но вместе с тем — трансформировалась и стала стражем науки, пресекающим причинение вреда Человеку — даже во имя Истины. Не возникает вопроса о научной ценности исследований, проводимых в концентрационных лагерях Третьего рейха. Потому что в первую очередь это все-таки вопрос этики, а не науки.

В этом состоянии Мораль и ее производные — холодная Этика и подчас спорная Нравственность — находятся в настоящее время. Еще возникают мелкие конфликты врачебной этики с религиозной нравственностью на почве абортов и клонирования. Еще вспыхивают порожденные разными культурами инициативы ниспровергателей нравственности. Но в целом ситуация стабильна — Мораль, не вдаваясь в подробности, относительно успешно оберегает Человечество от главного его врага — философа, определенного Ницше как “…странное взрывчатое вещество, перед которым все пребывает в опасности”.

Современную Мораль интересуют вопросы свободы, неприкосновенности и права. В их практическом, прагматичном смысле. Законы, конституции, принципы судебно-правовой системы, медицины, психологии. Ощутимые, материальные механизмы общественных институтов, призванные охранять всех от немногих, объединяющая основа коллективизма, на котором построено все современное общество. И, наверное, единственный действенный механизм развития этого общества на сегодняшний день. В будущем же… кто знает, каким будет следующий шаг человечества? Философия — наука, изучающая мир в самом широком смысле — развивается непредсказуемо. А Мораль, все-таки, — лишь часть этого мира. И предсказуема еще меньше, в силу зависимости от Человека, самой загадочной и непостижимой философской категории.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *