Своя математика

Я понял, чем меня раздражают языки, имеющие «свой путь». Это как пользоваться собственными координатами. Природа пространства от этого не изменится, а вот труды всех математиков сразу потеряют смысл и все теоремы придется доказывать заново. Ладно бы это еще имело смысл, как с геометрией Лобачевского. Но изменение ради изменения — к чему выбрасывать весь предметный багаж человечества и заново изобретать все велосипеды?

Кто ты по жизни?

Есть такой вопрос в среде дворовой шпаны. «Правильный» ответ на него тоже имеет ярко окрашенный уголовный оттенок, но сейчас не об этом. Поговорим всерьез…

Взаимодействуя с миром, одни отпечатывают в нем свою личность, формируют жизнь, другие несут в себе его «отпечатки», формируются им. Разумеется, оба этих процесса есть в любой жизни, вопрос только в пропорциях. Так вот, я — не «творец», я «наблюдатель». Для меня происходящее вокруг важнее того, что я сам делаю. Это осознанный выбор.

Когда ты чего-то хочешь и прикладываешь нужные усилия — нет ничего удивительного в том, что ты получаешь мир, ограниченный твоей фантазией. И даже этот предел в реальности недоступен, превращаясь в стеклянный потолок. Другое дело, когда ты просто позволяешь событиям случаться. Самопроизвольно ли, по воле других «творцов» рядом с тобой — неважно. Ты получаешь ничем не ограниченный мир. Сразу. И взаимодействие с ним, вечно-меняющимся, гораздо интересней, чем создание собственного.

В конечном итоге все это лишь шопенгауэрский поединок воли — ты и создаешь мир, и являешься его частью. Победитель и побежденный в этой войне — условность, проявляющаяся только во всегда ограничивающем контексте. Умеющий играть по правилам меняющегося мира сумеет и собственный создать. Но не наоборот. Контекст ведь — всего лишь выбор точки зрения.

Философия кажется бесконечно далекой от реальности, но именно она определяет, как ты ее видишь. Рабочие споры, семейные конфликты — все едино. Общаясь с миром на его языке, ты многое поймешь. О себе, о других, о мире…

Этой ночью я не спал. Все-таки, есть что-то в расширяющей сознание бессоннице, которую так любил Сальвадор Дали.

Делай добро

Сначала ты будешь долго учиться взаимопониманию, потому уйдешь с этим знанием в другие отношения. Потому, что в процессе необратимо угробишь существующие. А если и нет — то это обязательно сделает другая сторона.

«…и бросай его в воду».

Комплексные числа

Тот самый случай, когда название вместо того, чтобы показывать суть явления, его скрывает. «Плоскостные» и «пространственные» числа куда лучше всех этих «кватернионов», «октонионов» и прочих «гиперкомплексных» — сразу понятно, о чем речь.

Зеркала

Для кого-то я трус, для кого-то — слабак,
Для кого-то я добр — это не конфликтует.
И кому-то умный, кому-то — дурак,
Я и слишком горяч, и со мной замерзают.

Я не стану судить тех, кто судит меня.
Без моих ярлыков вы спокойно ведь жили?
Но и спорить не буду — вы все за меня
В мелочах и деталях давно уж решили.

Среди многих зеркал я стою не дыша.
Балансируя меж искажений.
И не знаю, смогу ли увидеть себя.
В лабиринте чужих отражений.

Конец империи

Сегодня умерла Елизавета Александра Мария Виндзор. Империя, над которой не заходит солнце, осталась без своей королевы. Елизавета II возглавляла правительства 15 независимых стран с общим количеством подданных в 140 миллионов человек. Последняя участница Второй мировой войны среди мировых лидеров.

Милая старушка, чей ум даже в неспокойном революционном XX веке позволил сохранить Британию империей, а жизненная сила дала 96 лет, 65 из которых было проведено на троне.

Что станет с Соединенным Королевском Великобритании и Северной Ирландии? Что станет с Британским содружеством наций? Что станет с самой идеей королевской власти, которую благодаря ей чтят, как добрую традицию?

«Лондонский мост разрушен». Сегодня империя умерла…

Стихи

Стихи не хотят, чтобы ими играли,
Слова упираются и рычат.
Поэты рождаются из печали
И умирают, когда молчат…

Я могу себя любить, если…

…я этого заслуживаю. Я не умею любить себя всегда. Мало того, я способен себя не любить, способен на себя злиться. Способен себя стыдиться. Поэтому для меня очень важно мое собственное мнение, я себя обмануть не могу.

Квантовый сон

Еще один из немногих моих снов, ярких и странных.

Осознал себя во сне я в дороге. Не за рулем, а верхом на мотоцикле. Большом и тяжелом. Не один, со спутницей, тоже на мотоцикле. Вечер, солнце заходит, но все еще пробивается откуда-то сбоку через ветки окружающего дорогу леса. Стоим мы на долгом светофоре и откуда-то сзади нас догоняет странный потрепанный мужичок, который что-то начинает говорить моей спутнице. Не вникая в подробности, я кричу ему «продолжай идти» и это каким-то странным образом вынуждает его проходить мимо и только за зеброй он останавливается и уходит с дороги влево, на тротуар. Загорается зеленый и мы с ревом пролетаем мимо него.

Следующий эпизод — я иду по двору к дверям и знаю, что мотоциклы на парковке, а двери это мотель. Иду один, знаю, что спутница моя уже где-то впереди. В руках у меня странный пульт с кнопками «плюс» и «минус». Я рассеяно играю с ними в и какой-то момент понимаю, что на улице взревывает мотор в такт моим нажатиям. К тому времени я вхожу в свою комнату и в открытое окно вижу свой мотоцикл, который притормаживает и разгоняется в унисон с моими нажатиями на кнопку. Бросаюсь к окну и вижу, что это действительно мой мотоцикл, а на нем — я сам, в своей одежде, вцепившись в руль и ничем не управляющий. Зажимаю «минус», мотоцикл тормозит и заваливается набок, а фигурка падает на землю и замирает.

Медленно нарастает паника. Бросаюсь к окну, высовываюсь. Второй этаж, но на уровне окна — чуть ниже — навес гаража, который плавно переходит в тот пустырь, на котором все это происходит. Перелезаю на трубу под окном, мимоходом думая «надо осторожней, не хватает еще и мне тут упасть» и осознаю, что с момента после дороги все вокруг какое-то приглушенное, вполнакала. Додумываю мысль уже подбегая к фигуре и прикасаюсь к ней.

Мощный рывок, картинка снова возвращается к исходной яркости и насыщенности и я понимаю, что я и тот «я», который лежит на земле побитый и без сознания — сейчас снова один человек. Который пришел в себя и ему больно, очень больно.

Откидываюсь на спину, смотрю в небо — и просыпаюсь.

Словарь империи, «-ЦИЯ»

  • Экспроприация
  • Революция
  • Национализация
  • Электрификация
  • Коллективизация
  • Индустриализация
  • Всеобщая мобилизация
  • Реабилитация
  • Кооперация
  • Демократизация
  • Приватизация
  • Либерализация
  • Инновация
  • Модернизация
  • Реновация
  • Дедолларизация
  • Самоизоляция
  • Денацификация
  • Демилитаризация
  • Спецоперация
  • Островизация
  • Частичная мобилизация

Костер

Костер горит внутри тебя
Теплом уютным согревая
Танцует призрак у огня
Все то, что было, провожая

Нет слез, не жалко ничего,
Все прошлое уходит с дымом
Сейчас дрова лишь это все,
Что чудо-лесом раньше было

Тепло, заложенное в стих
Тебе вернет клочок бумаги
Костер почти уже затих
И ты опять бредешь во мраке

Доверие

Это вера того, что сказанное тебе останется с тобой. Можно быть посвященным во все тайны, но если тебе не доверяют — ты станешь страхом грядущего предательства и болью будущих потерь.

Где нет доверия — избегай тайн.

EncFS GUI

EncFS — криптографическая файловая система, прозрачно шифрующая файлы, используя произвольный каталог в качестве места для хранения зашифрованных файлов.

Википедия

Очень удобная штука. Одна беда — у нее нет удобного графического интерфейса, а вводить каждый раз команду для подключения очень уж лениво.

Лениво это не только мне, поэтому — кто бы сомневался! — появилось множество графических оболочек, которые в красивом виде отображают шифрованные разделы, запрашивают пароль в красивых окошечках и сами выполняют команды для подключения.

CryptKeeper — компактная, удобная программка, которая выводит иконку в область системных уведомлений. Ничего лишнего — создать/импортировать шифрованный раздел, подключить/отключить его, запуститься при запуске системы. Она была бы идеальной, если бы не скандал с ошибкой, который позволял создавать разделы с универсальным паролем «p». Это ошибка была исправлена, но репутация программки пострадала настолько, что она была исключена из всех дистрибутивов Linux, а вскоре и вовсе заброшена автором.

Gnome-encsf-manager пришел ему на смену. Автор не скрывал, что вдохновлялись CryptKeeper-ом, поэтому возможности в этой программе были схожи, что называется, до степени смешения. И все бы хорошо, если бы на моем Mate под ArchLinux она не падала сразу после подключения зашифрованного раздела. Хотя Mate основан на том же самом GTK, что и Gnome, для которого это все и писалось.

MEncfsM. К счастью, Moritz Molch (автор gnome-encfs-manager) на своем личном сайте предлагает другую разновидность программы — статически скомпонованную с библиотеками Qt в один исполнимый файл, который даже не надо устанавливать в систему. Достаточно просто запустить — и все. На нем я и остановился.

На самом деле, есть еще много разных программ для того же самого (от компонентов KDE Plasma до совершенно наколенных скриптов на TCL/TK), но лучшее решение, сдается мне, я уже нашел.